Почему на АЗС нет бензина?

Автор: Антон Сергеев

Кратко о главном (TL;DR)

• За неделю с 18 по 24 августа биржевые цены на бензин Аи-95 выросли почти на 4%, Аи-92 — на 3%. Причина — не только сезонный спрос, но и снижение производства топлива из-за атак БПЛА на НПЗ.
• Атаки дронов в 2026 году стали регулярными: повреждения заводов приводят к внеплановым ремонтам и падению загрузки. Это сокращает предложение на бирже и усиливает давление на логистику.
• Даже если завод рядом, топливо может не доехать: узкие места — железная дорога, парк бензовозов и нефтебазы. Два соседних региона живут по-разному в зависимости от того, кто владеет инфраструктурой.
• Самая хрупкая часть цепочки — последние 50–100 км. Когда бензовозов не хватает, заправка может остаться пустой даже при полных резервуарах на НПЗ.

Давайте посмотрим на карту. Бензин в стране вроде бы есть: биржевые цены растут, НПЗ работают, аналитики спорят об инфляции. Но если вы живёте не в Москве и не рядом с крупным заводом, картина может быть другой. Очереди на заправках, лимиты на 92-й, таблички «только для местных» — это не миф, а реальность августа 2026 для части регионов.

Я попытался разобраться, почему топливо не доезжает до тех, кто за него платит. Спойлер: главный виновник не железная дорога и не бензовозы. Всё начинается раньше — с ударов по заводам, которые производят бензин.

Как атаки БПЛА изменили рынок топлива

С начала года российские НПЗ регулярно подвергаются атакам беспилотников. Часть заводов останавливалась на внеплановый ремонт, некоторые снижали загрузку. Официальная статистика потерь закрыта, но косвенный показатель — рост оптовых цен. Когда предложение падает, биржа реагирует немедленно.

Вот цифры, которые есть в открытом доступе. За неделю с 18 по 24 августа Аи-95 на бирже подорожал на 3,98%, Аи-92 — на 2,97%. Это не сезонный скачок, а устойчивый тренд: с начала месяца цены выросли на 7–9%. Для сравнения, год назад рост за аналогичный период составлял не более 2%.

Почему это важно: НПЗ не могут быстро нарастить выпуск. Ремонт повреждённого оборудования занимает недели, а иногда месяцы. За это время оптовые покупатели — региональные трейдеры и мелкие сети АЗС — конкурируют за ограниченный объём на бирже. Кто предложит больше, тот и получит топливо. Местные заправки с маленьким бюджетом проигрывают федералам.

Как устроен путь бензина от завода до бака

Цепочка выглядит просто, но на деле это матрёшка из трёх этапов, каждый из которых может рассыпаться.

Первый этап: завод — нефтебаза. Больше 70% бензина в России везут по железной дороге. НПЗ заливает топливо в цистерны — это десятки тонн. Цистерна едет от завода до региональной нефтебазы. Время в пути — от нескольких дней до двух недель, если везти из центра на Дальний Восток.

Тут первая засада. Цистерны — не бездонный ресурс. Их парк стареет, ремонт занимает время. Если завод из-за атаки вынужден отгружать больше с других площадок (чтобы компенсировать потери), а цистерн не хватает — топливо остаётся на заводе. Железная дорога — расписание, а не конвейер.

Второй этап: нефтебаза — бензовоз. На базе бензин ждёт, пока его заберут местные перевозчики. У каждого региона свой парк. Если бензовоз сломался или водитель ушёл в отпуск — доставка срывается.

Третий этап: бензовоз — АЗС. Последние десятки километров. Самый простой этап, но именно здесь чаще всего возникают «бутылочные горлышки». Бензовоз работает по графику: заправка А, потом Б, потом В. Если одна задержала слив — весь маршрут сдвигается. А если на нефтебазе топлива нет, бензовоз едет за сто километров на другую базу. Время простоя растёт.

Почему близость НПЗ не спасает

Казалось бы: живёшь рядом с заводом — вот тебе и бензин. Но НПЗ работает не на соседние заправки, а по долгосрочным контрактам. Большая часть топлива уходит на биржу или по прямым договорам в центральные регионы. Завод может иметь контракт на поставку в Московскую область и будет гнать цистерны туда, даже если у соседей дефицит. Контракт — это деньги, а розница соседей — отдельные договоры с другими поставщиками.

Кроме того, атаки БПЛА бьют точечно, и страдают именно те заводы, которые ближе к регионам. Если повреждён НПЗ, который снабжал Урал или Сибирь, то их заправки первыми чувствуют нехватку. Федеральные сети могут перебросить топливо с других заводов, но это время и логистика. Мелкие трейдеры такой возможности не имеют.

Что такое «логистическое плечо» и почему оно решает

Простой пример. В Москву и область топливо везут из трёх-четырёх заводов, до каждого не больше 500 км. Время в пути — 2–3 дня. Если один завод встал на ремонт из-за атаки, цистерны перераспределяют между другими — потери компенсируются за неделю.

А на Камчатку или Сахалин бензин везут морем — 2 недели минимум. Там плечо — тысячи километров. Если поставка задержится на неделю, заправки опустеют. Восполнить запасы за пару дней физически невозможно: пока новая партия придёт, старая закончится. Поэтому два соседних региона могут жить в разных реальностях — всё зависит от расстояния до завода и состояния логистики.

Почему два соседних региона — как две разные страны

Допустим, в регионе А есть крупная нефтебаза, принадлежащая «Роснефти». У них свой парк бензовозов, графики поставок и резервуары на несколько дней. В регионе Б база старая, ёмкости маленькие, владелец — местный трейдер.

Если на НПЗ случился сбой (атака, авария), нефтяная компания в первую очередь зальёт свою базу — у них контракты, они отвечают за свою розничную сеть. У трейдера из соседнего региона очерёдность ниже. Ему привезут, когда освободятся мощности.

Крупные сети имеют резервный парк бензовозов. Мелкие — либо аренда, либо частники. Если у частника машина сломалась, замены нет. Так и получается: в регионе А на заправках спокойно, в регионе Б — очереди. Хотя до завода одинаково.

Где сегодня самое узкое место

Если посмотреть на фактуру: биржевые цены растут, атаки на НПЗ продолжаются (по данным телеграм-каналов, за месяц было не менее четырёх инцидентов с повреждением установок). Производители перекладывают рост издержек на оптовых покупателей. Первыми это чувствуют региональные трейдеры и мелкие АЗС.

Но рост цен на бирже — не причина дефицита, а его симптом. Дефицит возникает, когда одновременно происходит три вещи:

1. Снижается производство (атаки БПЛА, ремонты).
2. Логистика не успевает перестроиться (цистерны, бензовозы, нефтебазы).
3. АЗС не имеют запасов (хранят на 1–2 дня продаж).

Самое уязвимое звено, на мой взгляд, — парк бензовозов и инфраструктура нефтебаз. Цистерны — это железная дорога, у неё свои деньги и свои графики. А бензовозы — местный бизнес. Его проще «недофинансировать»: старую машину можно починить, но если она сломается в рейсе, новая не появится.

Слухи и версии

Версия участников рынка: Некоторые эксперты полагают, что основной причиной перебоев является не столько износ инфраструктуры, сколько «оптимизация» маршрутов нефтяными компаниями. Якобы в погоне за экономией они централизуют отгрузку на крупные биржевые площадки, сокращая поставки по прямым договорам в отдалённые регионы. Версию выдвигают представители малых и средних АЗС на отраслевых форумах, но официального подтверждения от нефтяных компаний нет.

Неподтверждённая информация: Появляются сообщения, что в некоторых регионах (например, в Забайкалье) на отдельных заправках введён режим «ручного распределения» — продажа только по талонам для местных жителей. Крупные сетевики официально не комментируют. Скорее всего, речь о единичных случаях, которые раздувают в пабликах.

Слух: Распространяется мнение, что рост биржевых цен спровоцирован спекулятивным ажиотажем из-за ожиданий повышения акцизов. Мол, трейдеры запасаются топливом впрок, создавая искусственный дефицит. Проверить невозможно: статистику по биржевым запасам закрыли. Звучит красиво, но доказательств нет.

Прогнозы и сценарии

Посмотрим на три пути. Помним: точных цифр у нас мало, используем то, что есть.

Базовый сценарий (вероятность 60%). Атаки БПЛА продолжаются, но не приводят к полной остановке заводов. Производство снижено на 3–5% от нормы. Инфляция растёт (аналитики СберИнвестиций прогнозируют около 6,5% к концу года). ЦБ, скорее всего, оставит ставку на уровне 14%. Бензин дорожает: производители перекладывают издержки на биржу. Региональный дефицит сохраняется, но не перерастает в катастрофу. Очереди на АЗС в нескольких регионах — норма. Восстановление — медленное, с перебоями.

Оптимистичный сценарий (вероятность 20%). Атаки прекращаются или резко снижаются. Государство субсидирует обновление парка бензовозов, НПЗ наращивают выпуск. Биржевые цены идут вниз, инфляция замедляется. Дефицит сходит на нет за 2–3 месяца. Признак: появление новостей о новых цистернах и бензовозах в регионах. Пока таких нет.

Пессимистичный сценарий (вероятность 20%). Атаки усиливаются, повреждаются крупные НПЗ. Производство падает на 10–15%. Оптовые цены растут ещё на 3–5% в месяц. Инфляция ускоряется до 7–8% к концу года. ЦБ повышает ставку до 15–16%. Парк цистерн не обновляется, бензовозы продолжают ломаться. Дефицит становится хроническим: в отдельных регионах нехватка топлива на месяц и более. Признак: введение карточной системы на бензин в одном-двух регионах. Это будет красной чертой.

Три неочевидных способа на этом заработать

Важно: это не рекомендации, а идеи, которые обсуждают на рынке. Каждая несёт риски.

Идея 1. Смежные отрасли: железнодорожные перевозки. Если дефицит сохраняется, спрос на цистерны растёт. Производители цистерн и операторы подвижного состава могут выиграть. Но риск: если цена на бензин упадёт (например, из-за прекращения атак), аренда станет невыгодной, и спрос обрушится.

Идея 2. Нестандартные бенефициары: компании по ремонту и модернизации НПЗ. Повреждённые заводы нуждаются в восстановлении — от сварочных работ до замены оборудования. Это долгий процесс, и подрядчики получат заказы. Но риск: большая часть работ уйдёт госкомпаниям, а не частникам. И котировки таких компаний уже могли учесть эти ожидания.

Идея 3. Инструмент с другим профилем: короткие продажи акций НПЗ. Если вы считаете, что проблемы с износом и атаками не дадут заводам резко нарастить прибыль, можно рассмотреть шорт (ставку на падение). Но это высочайший риск: акции могут расти на спекуляциях, а не на реальном спросе. Не лезьте туда без понимания механики.

Вывод

Ситуация с бензином в регионах — не результат одной поломки, а системный сбой. С одной стороны, атаки БПЛА снижают производство. С другой — инфраструктура (железная дорога, нефтебазы, бензовозы) изношена и не успевает перестраиваться. Пока не решат оба вопроса — и с защитой НПЗ, и с логистикой — дефицит будет возвращаться. Ближайшие недели покажут, по какому сценарию мы пошли. Но то, что биржевые цены ползут вверх, — сигнал: тихо не будет.

А вы замечали перебои с топливом в своём регионе? Что было причиной — очередь на заправке или пустые колонки?

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.