ЦБ подал в суд ЕС из-за блокировки активов

Автор: Антон Сергеев

Кратко о главном (TL;DR): — Банк России оспорил в Общем суде ЕС регламент, который вводит бессрочную заморозку активов ЦБ — Регламент также позволяет европейским судам запрещать российским лицам признавать решения российских судов за границей — ЦБ называет это попыткой помешать взысканию 200 млрд евро с Euroclear через бельгийский суд — Заявление подано 27 февраля 2026 года — спустя два с лишним месяца после принятия регламента

Банк России подал в Общий суд Евросоюза заявление об оспаривании регламента Совета ЕС. Документ, принятый 12 декабря 2025 года, вводит бессрочную блокировку активов российского Центробанка. Но есть и второй, менее заметный пункт: он позволяет судам европейских стран запрещать российским лицам обращаться за признанием и исполнением решений российских судов в любых других юрисдикциях.

Давайте разберёмся, что здесь происходит.

Что за регламент

Речь идёт о Регламенте Совета Европейского союза № 2025/2600. Он принят большинством голосов — и, как утверждает ЦБ, в обход стандартной процедуры, которая требует единогласия по таким вопросам. Регламент установил бессрочную заморозку активов Банка России. То есть не на год, не на два, а без указания срока.

В пресс-релизе ЦБ от 27 февраля 2026 года говорится: «В результате принятия регламента ЕС были нарушены… базовые и неотъемлемые права на доступ к правосудию, неприкосновенность собственности, принцип суверенного иммунитета государств и их центральных банков».

Заявление подано в порядке статьи 263 Договора о функционировании Европейского союза. В переводе на русский: ЦБ пытается доказать, что регламент принят с процедурными нарушениями и нарушает фундаментальные права.

Почему это важно прямо сейчас

В декабре 2025 года Арбитражный суд Москвы принял иск Банка России к Euroclear — крупнейшему европейскому депозитарию. Сумма иска — 200,1 млрд евро. Это около 18,2 трлн рублей по тогдашнему курсу. Речь о заблокированных активах ЦБ, которые Euroclear не возвращает.

Но есть нюанс: решение московского суда само по себе не работает в Европе. Чтобы взыскать деньги, нужно, чтобы бельгийский суд признал это решение и разрешил его исполнение. Именно в Бельгии зарегистрирован Euroclear.

И вот тут появляется оспариваемый регламент. Он даёт европейским судам право запретить российским лицам вообще обращаться за признанием решений российских судов. То есть, по сути, перекрывает юридический путь к взысканию.

ЦБ называет это прямой попыткой вмешаться в конкретное разбирательство в Бельгии и помешать исполнить решение московского суда. Звучит логично: если нельзя оспорить сам регламент, то любой иск к Euroclear упрётся в стену.

Что будет дальше

Общий суд ЕС — это первая инстанция. Решение может занять год-два. Если ЦБ проиграет, можно подать апелляцию в Европейский суд справедливости. Процесс затяжной.

Но есть и другая сторона. Ещё летом 2023 года глава ЦБ Эльвира Набиуллина говорила: «Юридически у нас почти все готово. У нас есть сложности с выстраиванием работы с адвокатами, которые могут защищать наши интересы в зарубежных судах, потому что на это существует ограничение».

То есть проблема не только в регламенте. Даже если его отменят, остаётся вопрос: кто будет представлять интересы ЦБ в европейских судах? Европейские адвокаты не могут работать с российскими клиентами из-за санкционных ограничений. А своих юристов с опытом работы в европейском праве у ЦБ, судя по всему, нет.

Что это значит для обычного человека

На первый взгляд — ничего. Это спор между государствами и институтами. Ваши вклады, карты, кредиты не зависят от того, отменят регламент или нет.

Но есть косвенное влияние. Если ЦБ удастся отсудить хотя бы часть активов, это укрепит рубль и снизит инфляционные ожидания. Если нет — нагрузка на бюджет сохранится, и это может отразиться на налогах или тарифах.

Пока рано делать выводы. Процесс только начался. Юристы, наверное, уже закупились валерьянкой — разбирательство обещает быть долгим и запутанным.

А вы как считаете: есть ли у страны шанс отсудить свои активы в чужом суде, когда против неё же и принят специальный закон?

Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.